Шабаш
Шабаш
Жар бог Шуга
Бес паники
Лодка
Моё поколение
Ко мне
Стерх
Ветер водит хоровод
Чую гибель
Красное на чёрном
Всё это рок-н-ролл
Сумерки
Шабаш 2
Новая кровь
Всё в наших руках
Со всей Земли из гнeзд насиженных,
От Колымы, до моря Чeрного,
Слетались птицы на болота в место гиблое.
Hа кой туда вело - бог-леший ведает.
Hо исстари тянулись косяки
К гранитным рекам, в небо-олово.
В трясину-хлябь на крыльях солнце несли,
Hа чeрный день лучей не прятали,
А жили жадно - так, словно к рассвету расстрел. Расстрел!
Транжирили руду непопадя,
Любви ведро делили с прорвою,
Роднились с пиявками и гнeзда вили в петлях виселиц.
Ветрам вверяли голову,
Огню - кресты нательные,
Легко ли быть послушником в приходе ряженых?
Христос с тобой, великий каверзник!
Стакан с тобой, великий трезвенник!
Любовь с тобой, великий пакостник! Любовь с тобой!
Любовь...
Тянулись косяки да жрали легкие,
От стен сырых воняло жареным,
Да белые снега сверкали кровью солнцеприношения.
Да ныли-скалились собаки-нелюди,
Да чавкала зима-блокадница.
Так погреба сырые на свет-волю отпускали весну.
Шабаш! Шабаш! Шабаш! Шабаш!
Солнце с рассвета в седле,
Кони храпят да жрут удила.
Пламя таится в угле.
Небу - костры, ветру - зола!
Песни пол стон топора.
Пляшет в огне чертополох.
Жги да гуляй до утра,
Сей по земле переполох!
Памятью гибель красна.
Пей мою кровь, пей, не прекословь!
Мир тебе, воля-весна!
Мир да любовь! Мир да любовь!
Мир да любовь!
Лысые поляны да топи в лесах,
Это пляшет по пням весна.
Хей, лихоманка вьюга-пурга!
Что, взяла? Ха! Hа-ка, выкуси-ка!
Кыш, паскуда! Чeрная ночь!
Hынче солнце да масленица!
Гуляй, поле! Ходи, изба!
Ой, да праздник! Ой, да!
Дрянь твоe дело, дедушка-снег,
Почернел, да скукожился.
Жги! Жги красное! Жги меня! Жги!
Жги, чтоб ожил я!
Жги меня! Жги! А я тебе отплачу
Пламень-песнею!
Ёй, птицы-синицы, снегири да клесты,
Зачинайте заутреннюю!
Жар Шуга, жар бог Шуга...
Чe, братушки, лютые псы,
Изголодалися?
По красной кровушке на сочной траве
Истосковалися?
Чего уставился, лысый козeл,
Зенки-полтинники!
Чуешь, как в масло, в горло вошли
Клыки собутыльника?
Это лишь начало доброй игры.
Вместо ста избранных
По бурелому ветра понесут
Стаи расхристанных.
Будет потеха, только ты смотри,
Hе проворонь зарю.
Ёй, птицы-синицы, снегири да клесты,
Зачинайте заутреннюю!
Жар Шуга, жар бог Шуга...
Вот зто оттепель! вот зто да!
Вот зто праздничек!
Эй, братва, выходи на двор!
Айда безобразничать!
Весна на дворе! Весне мороз не указ!
Весна - девка тeртая!
Ой, мать честная, давай, наливай!
Гуляем по-чeрному!
Жар Шуга, жар бог Шуга...
Hу, как тебе оттепель, царь-государь?
Hе душно под солнышком?
Али уж хлебнул, государь,
Вольницы-волюшки?
Чe скосорылился, али не рад?
Ты ж сам потакал огню.
Эй, птицы-синицы, снегири да клесты,
Зачинайте заутреннюю!
Жар Шуга, жар бог Шуга...
Бес паники
Всем тем, кто отдал души ветру
Кто знает, что такое любовь,
Но и умеет ненавидеть,
"Алиса" дарит свой огонь!
Грейтесь, пока мы в силе!
Да не коснется вас своею поганой метлой
Танцующий бес паники!
Факела, факела
В нашу честь.
На крыле ангела
Вспыхнула жесть.
Голоса вторили,
Ветер пел.
Долго ли, коротко ли,
Бес дробил передел.
Встань к стене,
Сделай шаг,
Видишь пепел? А?
Новая правда
Новой метлы
Теплом, лаской
Пронимала до слез.
Наливала, подносила,
Целовала, подкосила,
Мягко постель стелила,
Да мне не спалось.
Встань к стене,
Сделай шаг,
Видишь пепел?
Это танцует бес, бес, бес!
Бес Паники, Бес Паники! Бе-e-e-eс... О-о!
И толпу понесло
Под откос, да на самое дно,
На верховный поднос,
Ветер головы сыпал, как серебро.
И гуляла метла
По телам, по телам.
Ух, потеха была
Факелам.
Встань к стене,
Сделай шаг,
Видишь пепел?
Это танцует бес, бес, бес!
Бес Паники, Бес Паники!
Пели дождь и ручей всю ночь
Заунывную песнь свою.
А на утро ветер подул
И, наверно, вспугнул луну.
Как печален-пeчален мир
Словно осень - моя тоска,
Мне бы чистой воды испить
Из прозрачного родника...
Я вокруг стены обошел,
Это путь в три десятка ли,
И увидел везде-везде
Краски яркие отцвели.
Только заросли тростника
Разлились, как море, кругом,
Я плыву на лодке, а она
Белым кажется лепестком...
Я в пути и нет у меня
Никаких тревог и забот,
Одинокая лодка моя,
Рассекая волну, плывет.
В тростнике густом рыбака
Еле-еле шляпа видна,
И заметна из-под нее
Белых-белых волос копна.
Я хочу поближе подплыть,
Поздороваться с ним - да как?
Только чаек зря напугал -
Седовласый исчез рыбак.
Ветер жизнь в природу вдохнул
И во все, что в природе есть,
И во все, что дано любить, -
А всего нам, увы, не счесть!
Я ушел, а ветер с ладьей
Продолжали спор вдалеке,
Отражение облаков
Растворилось в бурной реке.
Я в пути и нет у меня
Никаких тревог и забот,
Одинокая лодка моя,
Рассекая волну, плывет.
Две тысячи тринадцатых лун,
Отдано нелепой игре,
Hо свет ушедшей звезды всe ещe свет.
Тебе так трудно поверить,
Твой путь от этой стены к этой стене.
Ответь: понял ты меня или нет?
К несчастью, я слаб,
Как был слаб очевидец событий на Лысой горе.
Я могу предвидеть, но не могу предсказать.
Hо если ты вдруг увидишь мои глаза в своeм окне
Знай, я пришeл помешать тебе спать!
Ведь это моe поколение молчит по углам.
Моe поколение не смеет петь.
Моe поколение чувствует боль,
Hо снова ставит себя под плеть.
Моe поколение смотрит вниз.
Моe поколение боится дня.
Моe поколение пестует ночь.
А по утрам ест себя.
Сине-зелeный день встал, где прошла гроза.
Какой изумительный праздник,
Но в нeм явно не хватает нас.
Тебе так трудно решиться,
Ты привык взвешивать - против, взвешивать - за.
Пойми, я даю тебе шанс.
Быть живым - моe ремесло.
Это дерзость, но это в крови.
Я умею читать в облаках имена тех,
Кто способен летать.
Если ты когда-нибудь
Почувствуешь пульс великой любви,
Знай, я пришeл помочь тебе встать!
Ведь это моe поколение молчит по углам.
Моe поколение не смеет петь.
Моe поколение чувствует боль,
Hо снова ставит себя под плеть.
Моe поколение смотрит вниз.
Моe поколение боится дня.
Моe поколение пестует ночь.
А по утрам ест себя.
Хей,
Поколение ответь...
Слышно ли меня,
Слышно ли меня... Я здесь...
Хей,
Поколение ответь...
Слышно ли меня,
Слышно ли меня... Я здесь...
Иди ко мне!
Если случится ночь, мы станем пить чай...
Иди ко мне!
Я объясню тебе смысл слова "прощай"...
Иди ко мне!
Если выпадет снег, ты ляжешь чуть раньше меня...
Иди ко мне!
Слышишь? Это говорю тебе я...
Ко мне!
Иди ко мне!
Когда бессмысленно петь и тревожно ждать...
Иди ко мне!
Я подниму тебя вверх - я умею летать...
Иди ко мне!
Если механика лет распалась на бесцветные дни...
Иди ко мне!
Итак, я открываю счет: "Раз, два, три..."
Ко мне!
Иди ко мне!
Это новолуние мстит тем, кто успел...
Иди ко мне!
Я до сих пор удивляюсь себе, как я посмел...
Иди ко мне!
Лес продолжает жить, лес чувствует движенье весны...
Иди ко мне!
Я слышу голос, я знаю - это зовешь меня ты...
Ко мне!
Где разорвана связь между солнцем
И птицей рукой обезьяны,
Где рассыпаны звезды,
Земляника да кости по полянам,
Где туманы, как ил,
Проповедуют мхам откровения дна,
Где хула, как молитва, - там иду я.
Где деревья вплетаются в летопись слов
Отголоском начала,
Где лесной часослов зашифрован устами пожаров,
Где большая дорога, черная ночь да лихие дела,
Где блестят за иконой ножи, - там иду я.
Где рассветы купаются в колодцах дворов
Да в простуженных лужах
Где в грязи обручилась с весенним дождем стужа,
Где глоток, как награда за прожитый день
Ночью без сна,
Где пропиты кресты, - там иду я.
Где надежда на солнце таится в дремучих напевах,
Где по молниям-спицам танцует гроза-королева,
Где Луна присосалась к душе, словно пиявка-змея,
Где пускают по кругу любовь, - там иду я.
Где Восток напоил молоком кобылиц кочевника-ветра,
Где по дорогам в острог по этапу ползут километры,
Где в слезах по колено да по горло
В крови остывает земля,
Где распятье под сапогом, - там иду я.
Где молчанье подобно топоту табуна,
А под копытами - воля,
Где закат высекает позолоченный мост
Между небом и болью,
Где пророки беспечны и легковерны,
Как зеркала,
Где сортир почитают за храм, - там иду я.
Я поднимаю глаза, я смотрю наверх.
Моя песня - раненный стерх.
Я поднимаю глаза...
К закату сны из дома прочь,
Hесло, кружило по земле
Всех тех, кто вздохом принял ночь
И до рассвета был в седле.
Кресты им метили пути,
Следы их хоронил туман,
По небу землю пронесли,
Созвал их ветер-ураган.
К дождю звенели облака,
Ласкался путь полынь-травой,
Шли в далеко издалека,
Шли, пели, звали за собой.
И если к ночи день,
Как первый раз,
Смотри, как пляшет табор звeзд,
Смотри и слушай мой рассказ:
"В мутный час, под хохот чуны,
Ветер плeл из леса узду,
Выводил на круг табуны,
В руки брал нагайку-звезду.
Ох, он и гулял по чeрной земле,
Смутой жeг за собой мосты,
Исповедовал на помеле,
Храм хлестал да лизал кресты.
Жирно чавкал по рясе болот,
Хохотал обвалами гор,
Созывал народ в хоровод,
Да и начинал вести разговор:
"Эй, слушай мой рассказ,
Верь голосам в себе,
Сон не схоронил, а крест не спас
Тех, кто прожил в стороне."
Hу а тех, кто встал глазами к огню,
Кто рискнул остаться собой,
Кто пошeл войной на войну,
По Земле веду за собой.
По земле, где в почeте пни,
Где мошна забрюхатела мздой.
Где тоской заблeваны дни,
Где любовь торгует...
Там, где срам верой наречeн,
А поклeп - правдой-совестью,
Где позор знает что почeм,
Где стыд сосeт вымя подлости".
"Эй, слушай мой рассказ,
Верь голосам в себе,
Сон не схоронил, а крест не спас
Тех, кто прожил в стороне."
Лесною стороною
Под ясной звездою
Тропою оленя
Гуляет Емеля.
И все ему рады -
Звери, птицы и гады,
Деревья и травы,
Поля и дубравы.
Покуда есть силы,
Покуда есть духу,
Не порваны жилы,
Не вспорото брюхо.
Покуда есть мочи,
Покуда есть семя,
Орет и хохочет,
Гуляет Емеля.
И славит свободу
Сквозь дыбы изгибы
На радость народу,
Себе на погибель.
Кто-то бьется в поле,
Кто-то в грязь лицом.
Случай правит пулей,
Ворон - мертвецом.
Место лютой сечи
Поросло травой,
Больно жгучи речи -
Бой не за горой.
Кто смел снять с нас чувство вины?
Кто примет огонь на себя?
Кто слышит поступь грядущей войны?
Что оставим мы после себя?
Братские могилы
Переполнены,
Смерть серпом косила
Буйны головы.
Драную рубаху
Пулями латай,
Топоры да плаха
По дороге в рай.
Кто смел снять с нас чувство вины?
Кто примет огонь на себя?
Кто слышит поступь грядущей войны?
Что оставим мы после себя?
Чую гибель, больно вольно дышится.
Чую гибель, весело живём.
Чую гибель, кровушкой распишемся.
Чую гибель, хорошо поём.
Кости на погосте,
Луч на алтаре,
Страх пылает злостью,
Как звезды на заре.
Распрямлюсь пружиной,
Подниму народ,
Вольная дружина
Собралась в поход.
Кто смел снять с нас чувство вины?
Кто примет огонь на себя?
Кто слышит поступь грядущей войны?
Что оставим мы после себя?
Шаг за шагом, босиком по воде,
Времена, что отпущены нам,
Солнцем в праздник, солью в беде
Души резали напополам.
По ошибке? Конечно, нет!
Награждают сердцами птиц,
Тех, кто помнит дорогу наверх,
И стремится бросится вниз.
Нас вели поводыри-облака,
За ступенью - ступень, как над пропастью мост,
Порою нас швыряло на дно,
Порой поднимало до самых звезд.
Красное на черном!
Красное на черном!
Шаг за шагом, сам черт не брат,
Солнцу время, Луне часы,
Словно в оттепель снегопад,
По земле проходили мы.
Нас величали черной чумой,
Нечистой силой честили нас,
Когда мы шли, как по передовой,
Под прицелом пристальных глаз.
Будь что будет! Что было, есть!
Смех да слезы, а чем еще жить?
И если песню не суждено допеть,
Так хотя бы успеть сложить.
Красное на черном!
Красное на черном!
А на Кресте не спекается кровь,
Гвозди так и не смогли заржаветь,
И как эпилог - все та же любовь,
А как пролог - все та же смерть.
Может быть, это только мой бред,
Может быть, жизнь не так хороша,
Может быть, я так и не выйду на свет,
Но я летал, когда пела душа,
И в груди хохотали костры,
И неслись к небесам по радуге слез.
Как смиренье - глаза Заратустры,
Как пощечина - Христос!
Красное на черном!
Красное на черном!
Красное на черном!
День встает, смотри, как пятится ночь.
Красное на черном!
Звезды, прочь!
Красное на черном!
На Кресте не спекается кровь.
Красное на черном!
И эпилогом - любовь.
Красное на черном!
Красное на черном!
Беседы на сонных кухнях,
Танцы на пьяных столах,
Где музы облюбовали сортиры,
А боги живут в зеркалах.
Где каждый в душе - Сид Вишес,
А на деле - Иосиф Кобзон.
Где так стоек девиз: "Кто раньше успеет,
Ты или он?"
Все это рок-н-ролл! Рок-н-ролл, а-а.
Автобусы и самолеты,
Пароходы и поезда.
Сегодня нас ждет Камчатка,
Завтра Алма-Ата.
Послезавтра мы станем пить пиво,
В "Пушкаре" или в "Жигулях".
А что с нами будет через неделю,
Ведает только Аллах.
Все это рок-н-ролл! Рок-н-ролл, а-а.
Это чем-то похоже на спорт,
Чем-то на казино,
Чем-то на караван-сарай,
Чем-то на отряды Махно,
Чем-то на Хиросиму,
Чем-то на привокзальный тир.
В этом есть что-то такое,
Чем взрывают мир.
Все это рок-н-ролл! Рок-н-ролл, а-а.
И вот уже академики чешут плеши,
Погоны свистят в свисток,
Румяные домохозяйки
Зеленеют при слове РОК.
Товарищи в кабинетах
Заливают щеками стол,
Им опять за обедом стал костью в горле
Очередной рок-н-ролл.
Да, это рок-н-ролл! Рок-н-ролл, а-а.
Ну а мы, ну а мы, педерасты,
Наркоманы, нацисты, шпана!
Как один социально опасны,
И по каждому плачет тюрьма.
Мы пена в мутном потоке
Пресловутой "Красной Волны".
Так об этом пишут газеты,
И газеты, наверно, правы.
Все это рок-н-ролл! Рок-н-ролл, а-а.
И мы катимся вниз по наклонной
С точки зрения высших сфер.
Молодежные группировки
Берут с нас дурной пример.
Где воспитательный фактор?
Где вера в светлую даль?
Ей, гитарист, пошли их всех на...
И нажми на свою педаль!
Андрюха, давай!
Все это рок-н-ролл...
Думы мои - сумерки,
Думы - пролет окна,
Душу мою мутную
Вылакали почти до дна.
Что ж, пейте, гуляйте, вороны,
Нынче ваш день,
Нынче тело да на все четыре стороны
Отпускает тень.
Вольному - воля,
Спасенному - боль
Вольному - воля,
А-а-а.
Вот он я, смотри, Господи,
И ересь моя вся со мной.
Посреди болот алмазные россыпи
Глазами в облака да в трясину ногой.
Кровью запекаемся на золоте,
Ищем у воды прощенья небес,
А черти, знай, мутят воду в омуте,
И стало быть ангелы где-то здесь.
Вольному - воля,
Спасенному - боль
Вольному - воля,
А-а-а.
Но только в комнатах воздух приторный,
То ли молимся, то ли блюем.
Купола в России кроют корытами,
Чтобы реже вспоминалось о Нем.
А мы все продираемся к радуге
Мертвыми лесами да хлябью болот,
По краям да по самым по окраинам,
И куда еще нас бес занесет?
Вольному - воля,
Спасенному - боль
Вольному - воля,
А-а-а.
Но цепи золотые уже порваны,
Радости тебе, солнце мое!
Мы, такие чистые да гордые,
Пели о душе, да все плевали в нее.
Но наши отряды, ох, отборные,
B те, что нас любят, - все смотрят нам вслед,
Да только глядь на образа, а лики-то черные,
И обратной дороги нет.
Вольному - воля,
Спасенному - боль
Вольному - воля,
А-а-а.
Думы мои - сумерки,
Думы - пролет окна,
Душу мою мутную
Вылакали почти до дна.
Пейте, гуляйте, вороны,
Нынче ваш день,
Нынче тело да на все четыре стороны
Отпускает тень.
Снег на лунном поле
Заметал следы,
Волки торопили полночь, то была их ночь.
Чертовы колеса
Нас звездами несли,
Небо кружила снежная дочь.
Чуду доверяли,
Верили беде,
Видели, как босиком по сугробам шли облака.
Луч целовали
Утренней звезде
Да у берез в мороз просили молока.
Сладко да недолго
По душе гулять,
Лунным отваром ночь опоила вещие сны.
Кровь замутила
Чертова мать
И отпустила петлять до весны.
Но голову шальную
Пулей не спасти,
Вьюга затянет жаркую рану белым рубцом.
Наудачу бесу
Спину не крести,
Подмигни да сплюнь, коль узнал в лицо.
Лихо на потехе,
Свистопляс в петле,
Рви из-под ребер сердце на радость стае ворон.
Тело на плахе,
Тень на метле
Да под дугой золотой перезвон.
Кто за что в ответе,
С тем и проживет,
Время покажет, кто чего стоил в этой пурге.
Кто там, на том свете,
Кружит хоровод,
Объяснит в момент палец на курке.
Гроза похожа на взгляд палача,
Ливень похож на нож,
И в каждой пробоине блеск меча,
И в каждой пощечине дождь.
Начну сначала и выброшу вон,
Все то, что стало золой.
Я вижу - ветер отбивает поклон
Крестам над моей головой.
Новая кровь!
Слышишь стон роженицы-ночи?
Новая кровь!
В крике рожденного дня.
Новая кровь!
Дорога домой могла быть короче,
Но новая кровь
Вновь наполняет меня.
Дорогу выбрал каждый из нас,
Я тоже брал по себе.
Я сердце выплевывал в унитаз,
Я продавал душу траве.
Чертей, как братьев, лизал взасос,
Ведьмам вопил: "Ко мне!"
Какое тут Солнце? Какой Христос?
Когда кончаешь на суке-Луне?
Новая кровь!
Слышишь стон роженицы-ночи?
Новая кровь!
В крике рожденного дня.
Новая кровь!
Дорога домой могла быть короче,
Но новая кровь
Вновь наполняет меня.
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь...
Костер, как плата за бенефис,
И швейцары здесь не просят на чай.
Хочешь - просто стой, а нет сил - молись!
Чего желал, то получай!
Вино, как порох, любовь, как яд,
В глазах слепой от рождения - свет,
Душа - это птица, ее едят,
Мою жуют уже тридцать лет.
Новая кровь!
Слышишь стон роженицы-ночи?
Новая кровь!
В крике рожденного дня.
Новая кровь!
Дорога домой могла быть короче,
Но новая кровь
Вновь наполняет меня.
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь...
Кто-то минирует океан,
Кто-то вот-вот родит,
Кто-то прошел через Афганистан,
У него обнаружен СПИД,
Кто-то сел на электрический стул,
Кто-то - за праздничный стол,
Кому-то стакан гарантировал жизнь,
Кого-то не спас укол,
Кто-то шепчет: "Люблю тебя!"
Кто-то строчит донос,
Кто-то идет под венец,
Кого-то ведут на допрос,
Кто-то в драке нарвался на нож,
Кто-то смеется во сне,
Кто-то попал под дождь,
Кто-то погиб на войне.
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь, новая кровь!
Кровь, кровь...
Кровь городов
В сердце дождя,
Песни звезд у земли на устах.
Радость и грусть,
Смех и печаль,
Все в наших руках.
Визг тормозов,
Музыка крыш -
Выбор смерти на свой риск и страх.
Битва за жизнь
Или жизнь ради битв -
Все в наших руках.
Что проросло,
То привилось, -
Звезды слов или крест на словах.
Жизнь без любви
Или жизнь за любовь -
Все в наших руках.
| |
